Эльбрус: Воспоминания одного из трех

Дни 1-2: Туда

День 1: Отправление.

Сумеречный вокзал, подземные переходы, отправления и прибытия, скучающие патрули с забитыми псами, лестницы.. Артем опаздывает, поэтому я беру билеты на нас обоих. Черт, включили в стоимость белье, даже не спросив, нужно ли оно человеку со спальником!.. Откажусь на обратном пути.

На вокзале на удивление тихо. Кажется, что слышно, как редкие снежинки разбиваются о куртку. В условленном месте жду своего товарища на ближайшие недели. Каким он будет? Пожираю глазами каждое лицо, высовывающееся из перехода, не могу думать ни о чем другом — ожидание неизвестного человека всегда мучает; усилием воли отворачиваюсь, потому что остановиться нельзя, а лиц уже было слишком много, чтобы не нервничать. Потом выходит парень в яркой куртке и я сразу понимаю, что это тот самый Артём.

 Вот мы уже нашли наш вагон. Впереди полутора суток на рельсах. Наши места — мои любимые: верхние полки друг напротив друга. Прекрасны они не только тем, что можно в некотором уединении погрузиться в виды за окном, но и тем, что никому там не мешаешь, не чувствуешь себя обязанным, в отличии от обитателей нижних полок, особенно боковой, чьё спальное место днем неформально должно становиться столом. А стол, как известно, магнит для проклятия любых поездок — болтунов.

Поезд содрогнулся и хрустнул вагонами, как позвонками. Разминка перед долгой дорогой?

Мы с Артёмом — общие знакомые Олега, оба занимались паркуром, оба теперь находимся не совсем в ударной форме; оба путешествовали и оба хотим попробовать себя в восхождении на гору. За бликующими окнами поплыли ночные виды окраин вдоль железной дороги: граффити на ограждении с колючей проволокой, гаражные кооперативы и спальные районы с крапинкой желтых окон на их фоне. Теплый свет в проходах, свежесть еще не накуренных тамбуров, торопливо выключаемые радиоточки с визгливой русской попсой, проверка билетов ушлой проводницей и аромат курицы- ощущения начала пути. Делать нечего, время к ночи, за окном скучные невыразительные станции, а чаще них только силуэт собственного лица, отраженный в стекле.. Тухнет свет, пара самых опытных путешественников уже набухалась и, тупо уставившись перед собой, уминают, как семечки, куски жареной курицы.

Какое же это уникальное место — плацкарт.. Как сдруживаются люди за считанные часы, какое торжество коммунальности охватывает тех, кто еще по пути к вокзалу не смотрит прохожим в глаза, игнорирует попрошаек и не извиняется за случайное столкновение в подземке.. здесь же они преображаются: щедрые угощения для соседей, неподдельно живое общение, перерастающее в беседы по душам в глубокой ночи, а на утро — уже как родные. Проехав от Москвы до Владивостока и обратно за две недели, писатель может собрать историй от пассажиров на толстый сборник рассказов. Немного где можно так быстро сблизиться с людьми за столь короткий срок. Однако не все люди стремятся к общению: самые замкнутые и уязвимые завешивают своё спальное место простыней и оказываются в шалаше из белого хлопка, облитым ламповым светом.

Elbrus14-10

 

Засматриваясь ночью в окно поезда, я легко представлял себя плывущим на плоту по течению реки, не большой и не маленькой, обычной русской речки с камышами в два роста, заводями, съеденными лилиями, маленькими притоками, где посвистывают удочки и тужатся лягушки.. Представлял легкие волны, расходящиеся от носа плота, почти не ломающие сумеречной ровной глади, постепенно убаюкиваясь мерным перестуком колес, внушающим доверие, и легкой качкой амортизированных вагонов.

Elbrus14-14

Удушливая жара верхних ярусов одновременно и отвращала и вводила в сонливую ряску дремоты. Заснул я под фантазии о виде Эльбруса.

 Elbrus14-16

 

 

День 2: Сутки в лыжне.

Утро в вагоне наступает рано. Дело скорее не в бодрящей вони мужских ног, а в привычке большинства пассажиров просыпаться рано, как на работу. Инерция быта многолетнего и неизменного. Пробудившись по собственной привычке запоздало, с той же задержкой, с какой ложился позже всех, я увидел население вагона уже отдыхающим после ежедневных утренних процедур. Как же похоже на коммуналку! Кто как развлекается в пути: одни считают, что развивают свой ум, колдуя над судоку или кроссвордами, другие предаются безделью в компании гаджетов. Они отвлекаются только на поход в тамбур с сигаретой, наливая на обратном пути чай и запах вяленой рыбы или пирожков со станций. Третьи просто бухают и спят, чтобы потом проснуться, заварить Доширак и снова напиться. Меньшинство тихо читают бумажные книги (кто-бы мог подумать еще лет десять назад, что такое нужно уточнять), закупорившись наушниками от воздействия биомассы вокруг.

Святыня вагона — кран с кипятком; только по ночам поток паломников к нему утихает.

Около полудня равнина за окном стала выгибать спину, намекая на смену ландшафта. Заметив это, я уже не мог не думать о горе, в подножии которой окажусь завтра.

Осознание грядущего восхождения воскрешало драматичные истории людей, оставшихся на Эльбрусе. В его льду и снегу, в черных от глубины трещинах его окрестностей до сих пор ждут земли смельчаки из Российской Империи, воины Советского Союза и наши Российские современники. Окажутся ли они на поверхности когда-нибудь? Те, кто сбился с маршрута и провалился в расщелину, присыпанную снегом, те кто неудачно разбил лагерь под ледником и не проснулся, те, кто попал в непогоду, заблудился и снег перестал на нём таять. Таких историй множество; быть поводом к новой — не хочется. Летом в Приэльбрусье стягиваются вереницы паломников и повес, желающих провести время незабываемо. По статистике около 10.000 душ ежегодно бывает на склонах горы, заходит на вершину каждый 20, а каждый 300 — погибает. Гиды, зарабатывающие сопровождением туристов на Эльбрусе, они же местные жители, которым маршрут к вершине может дастся с закрытыми глазами идя задом наперед в коньках, теряются и гибнут, именитые спортсмены уводят свои группы в неизвестные направления.. Погибают и самоуверенные дилетанты, и неосторожные романтики, и высококлассные альпинисты, покорявшие 7-8тысячные вершины по всему миру; гибнут как при странных обстоятельствах, напоминающих трагедию «группы Дятлова», так и от банальной потери сил на тропе и замерзании. Одним чудесным образом везет — они застревают по пояс, начав проваливаться в ледяную трещину, или отходят в сторону от палатки помочиться, а в это время ее вместе с товарищами засыпает многотонным обвалом.. кто-то теряется, но его находят случайные группы и выручают от неминуемой смерти в холоде или трещине, кого-то отыскивают полуживого спасатели..

 

Любопытно, но всех будто расселили по вагонам не случайно друг с другом, словно была проведена колоссальная работа команды психологов и экстрасенсов, чтобы в результате билеты были проданы строго определенным людям в условленной последовательности во имя господствующего и нерушимого единения всех соседей друг с другом! Шоферов к сталеварам, библиотекарей к учителям, религиозных к слабоумным, задумчивых к нелюдимым.

Elbrus14-8

За окном удручающий вид изношенного села: дома-самоделкины, слепленные из камня, кирпича, дерева и металлолома(очевидно, некогда бывшего местным заводом), выцветшие срубы, раздолбанные авто, бедность и убожество. Села меняют деревни, а ощущение не меняется.

Elbrus14-21

Elbrus14-22

Elbrus14-23

Elbrus14-5

Elbrus14-2

Elbrus14-1

Станции приведены в порядок, выкрашены и оборудованы, но за их оградой — удручающая ветхость и запущение.

Elbrus14-18

 

Ни в Москве, ни на всём протяжении пути не лежит снега, хотя он иногда выпадает. И только голая-голая, рыже-коричневая, пустующая Россия перед глазами. 

Elbrus14-4

Elbrus14-3

Ночь. Наступил День Рождения Артёма, нас освещает пластиковый стаканчик, одетый поверх фонарика — походный приём.

Elbrus14-15

Утро всё ближе, а сна ещё нет — слишком хорошо выспались накануне; бабушка, дремавшая на боковом месте, начинает собираться на выход.. вот она уже безмятежно сидит на койке в пальто и шапке, когда до прибытия всё ещё остается несколько часов; её сопровождающий, дядька средних лет, видом своим ассоциирующийся исключительно с наследственным дальнобойщиком и по совместительству богатырём, -проснулся и убеждает бабушку не спешить со сборами, а мы всё ещё не засыпали..

Elbrus14-17

Elbrus14-6

 

Вверх!Вверх!