Достучаться до моря

7: Марш во имя Невы

 

Типичное облачное утро с рассеянным сине-серым светом и неожиданный первый снег на траве, на разбросанных досках — таким было приветствие пробуждения. Из выхлопной трубы вырастало густое облако, всюду было сыро и промозгло.

ZV096189

При естественном освещении поселок жизнерадостнее себя не показал, наоборот, резче высветились убогие домишки и беспризорные улочки. Мы стремительно уносились прочь, словно спасались от наступавшей чумы. День обещал быть долгим: нас манила к себе Северная столица, но дороги, не облагороженные асфальтом, и 850 км грозились внести свои коррективы в красочные планы ночевать в Петербурге.

Что же рассказать об этом пути? Ближайшим крупным поселением на маршруте был Каргополь в 170 км пути на юг от Плесецка. Трасса — превосходна! Мы летели весь участок гладкого асфальта, на сколько позволял бойкий дождь и дорожные знаки. Включив первую скорость в 8.20 утра, к 10.50 мы уже сидели в кафе при гостинице «Каргополочка» и приготовлялись уминать каши, яичницы и блины. Цены были приятные, между тем.

 ZV096192

Коротко о городе: является административным центром одноименного района, населен 10.000 душ и облагорожен богатейшей историей. Парень закончил своё письмо и предложил заехать на почту в центре города, чтобы отправить его, а я на 15 минут совершил в одиночку прогулку на авто. Во время поездки нам не было ничего известно о посещаемых местах и мнение формировалось абсолютно не предвзято. Сказать, что я сразу полюбил это место — значит скудно описать шторм гидрологическими терминами.

ZV096199

Город буквально дышит каждым домом, светится колоритом образа России. Такие города заметны сразу, потому что они очаровательны. В отличие от безликих населенных дыр и прорв, такие города греют взгляд той же самой нищетой и ветхостью, которые отталкивают в первых. Он пропитан чем-то особенным и по праву занял своё место в списке особенных мест путешествия. Первым по хронологии в этот список вступил полуостров Ягры в Северодвинске, пленив одной только своей набережной.

ZV096207

ZV096196

ZV096203

ZV096205

ZV096195

ZV096212

ZV096213

Любопытным наблюдением стало то, что на многих домах как деревень и сёл, так и поселков и городов (включая Каргополь), установлены спутниковые тарелки; это выглядит, как винтовки в руках неандертальцев.

ZV096210

Дальнейшая ключевая точка в 150 км к северо-западу — город Пудож. Забавно: на пути к Питеру приходится делать крюк через это десятитысячное поселение, когда дорога напрямую через следующий город Вытегру сэкономила бы ровно эти 150 км объезда. Только вот её не существует.

Едва мы покинули Каргополь, асфальт сменился дорогой, вымощенной цементными плитами (не даром их вокруг производят в достатке), которая создавала эффект путешествия поездом ровным перестуком колес. Через некоторое время покрытия еще раз поменялись и сошлись в звучном соперничестве на беспристрастной грунтовке, по старой традиции дырявой и побитой. Через час мы уже наблюдали множество ухоженных и новых домиков деревни Орлово, которая стоит на берегу озера Лекшмозеро. В армии любят рифмовать любое слова на созвучное известному трехбуквенному, а в этих краях изобилуют окончания, поясняющие суть названного объекта: озеро Чунгозеро, озеро Святозеро, озеро Ленгозеро. Место, в котором мы оказались, было удивительно ухоженным и аккуратным не спроста: ведь это ворота в Кенозерский Национальный Парк, славящийся своей аутентичностью, нетронутостью и почтением к русским традициям. Мы ограничились короткой остановкой и прогулкой по берегу.

ZV096215

 Едва мы вышли к воде, как огромная стая птиц, преимущественно уток, сорвалась с зеркальной глади и умчалась на пол-километра в сторону, где беспечно приводнилась, а затем отстранилась вдаль.

Озеро оказалось чистейшим — всё дно как на ладони.

ZV096228

ZV096224

ZV096234

На берегу обустроены мостки и беседка — благодать. Край озеру смотреть — не высмотреть. Явно стоит обратить внимание на данный Нац. парк в будущем. 

ZV096216

 

ZV096226

 

ZV096238

ZV096219

После отдыха мы встали обратно на грунтовку и продолжили уворачиваться от ям и отбивать подвеской рок-н-ролл и бибоп. Благо, делать это пришлось недолго: словно смена декораций при переходе на новую локацию, на стыке Архангельской области с Республикой Карелия, разбитая грунтовка выскочила на широкое идеальное шоссе. Оно было воистину шикарным, впервые мне хотелось, чтобы наша старушка могла выдавать 250 км\ч на этом безлюдном автобане. Лишь местами, обычно на участках высоких дорожных насыпей или в районе мостов, асфальт оползал вниз вместе с толстым слоем почвы под ним. Некоторые участки были уже отремонтированы когда-то (выдавали шрамы на асфальте), но уже снова провалились. Такое было лишь изредка, в целом — превосходное шоссе.

На одном из редких перекрестков, я заметил двух людей в ярких куртках, предположительно женщин, они махали руками, выказывая просьбу остановиться. Это были не отчаянные жесты терпящих бедствие, а скорее выразительно просящие помощи. Действительно, это были женщины и они попросили подвезти одну из них до крупной деревни Кривцы по направлению пути. Мы было отказались, ведь у нас не было заднего сидения и всё заложено вещами, но женщины быстро и настойчиво нас убедили в возможности найти решение: подвинули сумки, сложили пуфик из спальников.. Так мы подсадили местную жительницу из близлежащей деревни и начали медленный, но планомерный расспрос. Она была то ли сконфужена, то ли не считала нужным говорить, поэтому всё общение свелось к нашим односторонним вопросам и ее коротким, простым и скромным ответам, не лишенным доброжелательности. В сжатом авторском изложении услышанного, девушка рассказала нам следующее: обитая в небольшой деревне неродалеку, откуда мужики надолго уезжают на заработки или трудятся на лесозаготовках, она не выбиралась далее города Петрозаводска в 400 верстах от родного места; голосовать на дороге ей приходится из-за того, что автобусное сообщение отменили на этом участке; со своей матерью они стояли порядка получаса на дороге до нашего появления и редкие машины предпочитали не останавливаться; мужики в деревнях, те, которые не работают — пьют, причем не водку, а технический спирт и подобные ему жидкости, не предназначенные для употребления внутрь — так было даже в моей деревне в 200 км от Москвы, когда я учился в младшей школе; не смотря на огромный вред здоровью и высокий риск потери зрения или получения инвалидности (а то и просто интоксикация химикатом и летальный исход), мужикам такое пойло больше вставляет и стоит дешевле водки раза в два, а то и три; положительным моментом во всем этом были ягоды, да-да именно ягоды, потому что их скупают по 90 р за килограмм, а растёт их по болотам вокруг — море, попутчица так и повторяла «ягоды спасают». Такая вот унылая картина реальной Родины. Народ то ли барахтается, то ли спивается. В Кривцах мы высадили благодарную попутчицу, спешившую к своему малышу (не ясно почему она сама была в другой деревне) и огляделись: покосившиеся срубы, грязь и ни души.. а ведь тысяча душ обитает! Будто случился апокалипсис: люди вымерли и всё осталось гнить на произвол судьбы. Ничего в типичной русской деревне, увиденной нами в множестве, не изменится для взгляда спустя годы и десятилетия безлюдья.

Едва мы выехали из деревни и пересекли длинный асфальтированный мост, лютая грунтовка бросилась под колёса. Полчаса потребовали 30 км расстояния до Пудожи. В этом историческом городе наша команда о двух ограничилась легким омовением лиц и стекол машины, безжалостно покрытых песчаным слоем, да доливанием воды из местной колонки в бачок омывателя лобового стекла. И были таковы.

Большая часть бака опустела, поэтому ближайшая сетевая заправка стала нашей гаванью на 15 минут. Кирилл ушёл оплачивать горючее и вернулся с двумя хот-догами. Каждый из них стоил по 99р. На фоне увиденного за последние дни, эта цена казалась сказочно, невероятно высокой, потому что являлась эквивалентной завтраку в столовой или килограмму собранной вручную мелкой ягоды в болоте. Такой контраст. Я уже проводил сравнение с США и не могу не провести его еще раз: в любой точке штатов, будь то мертвая пустыня, многочасовые сельскохозяйственные гектары, граница с Канадой, спальный район Сан-Франциско или Манхеттен — везде человек найдет сетевое кафе или заправку с одинаковыми ценами, как в городах, так и в провинции! Бензин и бургер стоят одинаково вне зависимости от места его продажи. И это их сила и гордость. Кстати, сей поразительный русскому человеку факт описали еще Ильф и Петров в своей «Одноэтажной Америке» в середине 1930x; ещё удивительнее факт неизменности ситуации спустя 75 лет.

Очередная симпатичная псина получила последнюю порцию шашлыка. Приготовлен он был в семи сотнях верст к Северо-Востоку от Пудожи. Мы дожевали пресные белые булки, смазанные горчицей и заткнутые сосиской, после чего укатили дальше.

Буквально через десять минут мы уже сделали остановку, чтобы справить нужды естественного характера.

ZV096248

По крутому, но невысокому склону забрались в лес.. какой это был лес! Сама живая иллюстрация таинственного леса из сказки! Мхи, корявые деревья, скрюченные сосны в тени крон и желтая лиственная падаль среди низкорослых трав.. Фантастически красивы пейзажи Карелии! И это еще не рядом с гладкими скалами и озерами, а прямо у трассы!.. В республику обязательно нужно наведаться с более основательным визитом!

Подобно виду леса, трасса до Вытегры, — нашей следующей опорной точки маршрута, была божественна. Новая и гладкая, мы порхали по её асфальтовым облакам на нашем угловатом красногривом коне. Увы, иного, более романтичного объяснения её совершенству, кроме как статус федеральной трассы А119 «Вологда — Медвежьегорск», не найти. Федеральные трассы содержат достойно и честно. Зато практически все остальные брошены в плачевном состоянии.

В Вытегре, подобно нескольким предыдущим поселениям, занимающей пост административного центра и вселившей в себя десять тысяч душ, мы искали горячую пищу. Штурман завел в какое-то страшно мажорное по местным меркам место у причала (оказалось отелем Wardenclyffe Volgo-Balt), мы оттуда ушли. С берега открывался необычный вид на реставрирующийся собор и покоящиеся у пирса судна на фоне деревянных домиков.

ZV096251

ZV096256-3

ZV096257

ZV096260

 

Кирилл в это время во власти «прелести»:

ZV096262

После, на другой стороне реки, за церковной громадиной, нам повстречалась милая сердцу столовая, уходить от которой вовсе не хотелось. Ели до отвала: салаты, супы, мясо с гарниром, выпечка и кофе. Заплатили 440р на двоих.

ZV096268

По окончанию трапезы, сытые и покачивающиеся от обеденного опьянения, мы выбрели на улицу. Вид открывался вот такой:

ZV096265

ZV096264

 Я зашёл в монополизирующий отовсюду «Магнит» за пополнением кофе — пили мы его много, особенно водитель. Пища так осадила меня, что на кассе я сперва дал больше денег, чем нужно, потом пытался лишнюю купюру вернуть бабушке, которая покупала продукты до меня и, как мне померещилось, забыла свои кровные, а в конце стал выходить, забыв банку кофе. Зато понравилось кассиру моё чудачество.

Как жестока была смена дорожного полотна! Не зря именоваться оно стало «Ленинградским Трактом». Ведь понятие «тракт», использовавшееся в прошлые века, подразумевает укрепленную, улучшенную грунтовую дорогу, не более. Путь действительно укрепили.. технологичными дренажными ямами и водоотводными колдобинами. Полтора часа в тряске, порядка 80 км в компании лесовозов, редких попуток и до ужаса растрепанных деревень. В населенных пунктах выглядывают руины кирпичных церквей, рассыпавшиеся, как старое печенье; кажется, сядет птица тяжелее воробья на раскрошившуюся стенку и впору будет интересоваться этим местом уже археологам. В одной деревне мы обнаружили целый партизанский отряд вдрободан пьяных мужиков, расползающихся по обочинам к своим логовам; будто все в этой деревеньке только и делали, что пили, как в старом «маски-шоу».

Природа не менялась, погода тоже. В какой-то из моментов, я не заметил крупный камень на дороге и сильно налетел на него правым передним колесом — усталость накапливалась, концентрация снижалась. После пары шикарных трасс, мы с Кириллом уже и не рассчитывали снова попасть на подобие Онежского тракта, но тряслись на таковом, надеясь за каждым поворотом не поймать встречку в лоб и узреть исток асфальтовой цивилизации. Вдруг заметили машину на обочине, старую иномарку; капот поднят, водитель увлеченно копается внутри. Мы остановились рядом и спросили нужна ли помощь, на что дядька внешностью с фотографий афганской войны удивленно описал свою проблему с патрубками и заверил, что уже почти закончил починку и помощь не нужна. Не ясно почему он был удивлен, ведь в таких местах останавливаются для содействия терпящим бедствие многие. Помочь мы вряд ли чем-то могли, но само выражение готовности помочь — это уже много и ценно. Наступил долгожданный момент — мы на всю оставшуюся поездку попрощались с трактами под распевные «Нева, великолепный вид..» Сплина. Кто знает, когда еще окажешься на такой русской дороге, как эти тракты? Может, их скоро покроют бездушным асфальтом и не будет никаких заносов, маневрирования между пробоинами, луж на пол-дороги и азарта дерби на ВАЗе…

По трассе двигаться было комфортнее, проще и быстрее, но солнце уже близилось к закату. У города Запорожье мы произвели дозаправку, подышали воздухом, попили кофе, отряхнули номера и фары, протерли перед сумерками стекла (иначе они многократно бликуют от света идущего транспорта); пора было вступать в заключительный этап: первый опыт многочасовой езды ночью. Прямо перед нами стоял информационный дорожный знак, до Санкт-Петербурга по нему оставалось 268 км трассы. Свет фар отчетливо вырисовывался на земле. На часах — 19:24. Урчит музыка, ей в такт нечленораздельно мычат двое в салоне.

ZV096270

Что можно рассказать о ночном вождении? Сперва определимся с терминами: фонари — это источники рассеянного света сзади авто, а фары — белого направленного спереди. Теперь всё просто: если впереди не видно фар, смело включаешь дальний свет и с хорошим обзором двигаешься по своей полосе. Если фары всё-таки показались — переключаешься на ближний свет, освещающий короткий участок дороги перед машиной и не слепящий водителей со встречного движения, а когда разминулись — возвращаешь более комфортный дальний. Если тебя обогнали — тоже меняешь свет на ближний, чтобы водителя впереди не слепило через отражение в зеркале заднего вида. Просто? — Просто. Обгонять медлительный транспорт с некоторой стороны даже проще, потому что встречный наверняка виден издалека.. если не считать риска близящегося поворота, создающего мираж безопасной прямой и обмана зрения (близкое кажется далеким и наоборот). Проблемы начинаются от колонны транспорта, текущего в противоход: тысячи люмен яркости набрасываются на привыкшие к темноте глаза, обжигая светочувствительный орган. Остаётся только ориентироваться на светящиеся сплошную, отделяющую от обочины, и разметку посередине дороги, стараясь удержаться между ними в состоянии ослепления. Неприятности доставляют грузовики и джипы из-за более высокого расположения фар и, наверняка, неправильной регулировки. А более всех прочих, безмозглые любители ксенона и мощного света: чувствуешь себя кукурузником, пойманным в огромный световой столб немецкого прожектора. В такие секунды слепнешь полностью и остаётся только надеяться на предсказуемость дороги. Если движение слабое — ночная дорога спокойна и приятна, но если же оно плотное, а наружняя иллюминация отсутствует, вождение превращается в постоянную световую войну. Тебя слепят со спины, тебя слепят спереди, тебя слепят даже стоп-сигналы фур! Истинная феерия яркостного террора!

Если водитель забывает переключить фары на ближний, ему можно коротко моргнуть дальним, он скорее всего опомнится. Действительно, от монотонного вида и единственного освещенного пятна асфальта довольно скоро входишь в транс, забывая обо всём, существуя рефлекторно. И люди забываются, теряя способность реагировать.

Первую половину пути к Питеру мы провели довольно бодро, движение было не насыщенным, ехать было интересно и ново. Но постепенно притоки трассы собирают всё больше и больше страждущих, провоцируют стихийные караваны. Они — отчаянно страшное место! Неторопливый мамонт главенствует в таких металлизированных цепях, сдерживая мелочь; за шанс прорваться вперед устраиваются чуть ли не бои! На одной прямой я натурально не мог начать обгон из-за плотно идущего потока более наглых водителей обгоняющего транспорта. А самое безумное — это стиль вождения некоторых лиц.. ощущение, что кончина японского камикадзе из предыдущих реинкорнаций манит их повторить печальную участь погребения заживо в огне и металле. Эти сумасшедшие вылетают на обгон вслепую, то есть перед поворотами, за которыми ничего не видно и несутся вдоль плотного ряда машин; если на встречу летит такой же смельчак под 200 км\ч, в лучшем случае один улетит в кювет или протаранит соседний автомобиль, в худшем заварится такая мясорубка, что лучше и не представлять. Множество записей с авторегистраторов тому неопровержимым доказательством.

Со второй половины пути стали часто появляться освещенные участки, пробки на светофорах во время транзита поселений и ремонтные работы, принуждающие к поочередному движению полос. Становилось скучно, а со скукой наваливалась и усталость. В одном месте мы десяток минут стояли без движения вообще — случилась авария, ДПС организовали поочередное движение; пробку в область мы наблюдали в течении двух минут удаления от места ДТП, а это километры стоящих намертво машин.

Когда соображать стало совсем тяжело, когда маневры стали казаться слишком трудным предприятием, я просто встал хвостом за фурой и повторял все её действия, от ускорений и торможения, до обгонов. Уже перед самым Питером я нашёл в себе силы отлепиться и прекратить паразитирующий образ жизни машины-прилипалы. Наверное, у водителя отлегло на сердце, когда преследовавшая его час четверка дала газу и уехала вперед.

Наконец-то мы проникли в город! Оставалось совсем чуть-чуть до выбранного хостела, если не считать того, что уже несколько часов хотелось по малой нужде и теперь мочевой пузырь представлял из себя активированную бомбу. Я едва ли успел найти спасение где-то в промышленном районе. Довольно долго мы двигались по этому безликому району города, пока резко не попали в узнаваемые пейзажи. Облепленные машинами узенькие улочки, прекрасные дома, ночные заведения, атмосфера особенного и слегка ленивого нечто — всё на своих местах! Нам даже удалось найти свободное место на Поварском рядом с хостелом! Я был в таком утомлении, что долго не мог понять какие вещи достать из машины. C момента пробуждения уже прошло 16 часов, из которых от силы 2 были не за рулём. Я знаю, некоторые упоминают более чем о суточных переездах, но лично мне было бы уже опасно ехать дальше — мой взгляд отупело залипал в одну точку без всякого осознания происходящего. Так засыпают за рулём и кончают в объятиях мотора с деревом.

Хостел пришлось ещё поискать, хотя он особенно и не прятался. Нам помог звонок администратору. На стене перед подъездом установлен выпуклый многогранный стеклянный объект с гравировкой хостела — это так по-питерски! Мы попали в необычную квартиру: помимо классических гостиной и кухни, присутствовала большая комната, поделенная фанерными перегородками на «капсулы». Мест насчитывалось человек на 12, а места внутри капсул почти не насчитывалось, да и зачем оно там? В двухместных капсулах (800р против 600р за одноместную) его и вообще не было, только кровать и пространство под ней для вещей. Каждая капсула, за исключением второго яруса, снабжена сдвигающейся дверью.

ZV106283

Долго задерживаться мы не стали — хотелось покушать, поэтому, едва расплатившись, мы кинули вещи и выползи на темные улицы в поисках пищи. На углу круглосуточное кафе обменяло наши купюры на горячие продукты питания.

ZV106271

Есть не хотелось на самом деле, хотелось расслабиться, а точнее уснуть замертво. Но предстояло последнее испытание — душ. Его мы с доблестью прошли и рухнули в тесной «таблетке» на матрас из мешков с мягкими шариками. Меня так утомило, так сильна была инерция организма сопротивляться сну, что поначалу не получалось закрыть глаза, будто их распяли спичками. Тем не менее, скоро они схлопнулись и едва это произошло, я накрепко отключился.

День записал в свой актив рекордные для поездки 850 км пути.

 

 

Дневник шестого дня:

Вверх!Вверх!